![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
diana_lediЯ, когда была ещё маленькой - лет до тридцати пяти скажем - очень томилась по одному ощущению...
... а так как ощущения, плохие и хорошие, я ощущала всегда кожей - например, матюк при мне - и я ах! И в полуобмороке, а кожа вся в пупырышках... или салат оливье - и кожа гладкая и шелковистая от предвкушенья... Я, знаете, очень люблю салат оливье. Ем я его в рот, а предвкушаю кожей, надо же...
... то и это ощущение, по которому томилась - тоже всё кожей, кожей. И было это так -
- Зайдём в любимейшую дверь, за ней ряд кресел золочёных, куда с восторгом увлечённых внесём мы тихий груз своих потерь...
Это о классической музыке и филармонии. Но не пугайтесь, нет. Я постараюсь смешно. Потому что, знаете, классическая музыка - это, оказывается, очень смешно. И пупырышки по коже от сдерживаемого хохота. Но это я потом поняла, когда стала большой и взрослой, а пока маленькая была - всё было пафосно. И пафос, как и любимейший салат оливье, начинался, конечно же, на кухне.
Когда ты любишь классическую музыку, а паче симфоническую, и никаких камерных Вивальди, и органных Бахов, а так чтоб Шнитке, и чтобы ежели Прокофьев, то не тема Джульетты, а танец рыцарей, и чтобы весь оркестр в расширенном составе, за исключением разве что челесты, и полная группа ударных, и медные, и - ооооо... Как славно тогда коже моей пафосной бывало... Но!
Но трое детей, и работа, и мама, огород, хозяйство, а одну квартиру убрать четырёхкомнатную, это же сколько работы бесконечной, а тем более, если в тех четырёх комнатах трое детей - ну что вы...
Заход в любимейшую дверь, за которой ряд кресел золочёных, и обивка кресел велюровая, но как бы намекающая на бархат - такое выпадало редко.
Тогда мой муж развёл для меня колонки по всей квартире, а самые лучшие - на кухню. А кухня у меня была большая как стадион. И там порхая и кружась - холодильник-печь-мойка-буфет-столразделочный - слушала я музыку, и звучала она громко, кожу мою любя и балуя, а шум воды, льющейся из крана, и звон бесконечных тарелок, вилок, ложек, чашек, в мойке полощущихся, не мешал музыке, а лишь дополнял мощное тутти любимейших моих финалов.
... и когда я после долгих перерывов всё же прорывалась к ступеням и колоннам, тяжёлой входной двери и креслам, обитым велюром - раскланивалась со знакомыми, получала подмигивание от сцены, от музыкантов, конечно - аплодировала сексапильному дирижёру, взлетающему, как ему и полагалось, на главное своё и ключевое место, замирала на взмахе рук его прекрасных - а замирала, потому что волновалась, я всегда почему-то волновалась за тех, кто на сцене - то с первыми тактами я начинала тревожно оглядываться и ёрзать, сосчитывая музыкантов и инструменты. Чего-то мне остро не хватало. Что-то незвучало, чему должно было звучать - тем самым создавая ощущение фальши.
И не сразу. Далеко не сразу я поняла то, что поняли уже вы, конечно - мне не хватало шума льющейся из крана воды, звона бесконечных тарелок, вилок, ложек, чашек, полощущихся в мойке - и "Мама, я хочу какать!" как кода.
Ко второму отделению ощущение нехватки как фальши проходило, конечно, чтобы снова родиться на следующем концерте. С первыми тактами.
А почему подмигивали мне музыканты? А расскажу. По двум причинам они меня запомнили, и третья здесь совсем ничтожная, и вот она - конечно, я была красива. Не настолько, конечно, красива, как сейчас, когда я стала взрослой. Но тоже ничего.
Но первые две причины - о, мне так стыдно...
Дирижёр любил Брамса.
Он так его любил, что любовь эта стала любимой шуткой завсегдатаев.
- А что давали намедни?
- Ах, даже не спрашивайте.
- Неужели Брамса?
- Да, надо же, такая неожиданность...
и все хохочут. Потому что Брамс, один Брамс, оркестр съел зубы на Брамсе - а я не любила Брамса!
А если у меня окошко вольное, и даст отгул семья, и я лечу войти в любимейшую дверь, понимаешь - а тут Брамс. А что делать, делать что? Входила и слушала. Так и не полюбила, кстати.
А как-то летела я туда после двух смен кряду, и ночью как-то не спалось мне перед сменами - понятно, летела и уже давно спать хотела.
Так на Брамсе и уснула. Когда уже готова была с кресла пасть к ногам завсегдатаев - всхрапнула, очнулась, вскинулась резко, и взглядом перепуганным -Хто здесь? А иде я нахожусь? - сцену окинула. На сцене дуло и рвало злодеев-музыкантов, которым нет чтоб музыку играть - да решили они зал огдядывать, и на меня спящую наткнулись.
Рвало их от смеха плохо сдерживаемого и даже спина дирижёра нервно дёргалась, поскольку спящих в зале дирижёры ощущают хорошо скроенной спинкой приталенного фрака. Чем лучше фрак - тем пуще ощущают.
А надо вам сказать, что села я тогда по недомыслию в пятый ряд. Ну, вы поняли.
Тогда и стали мне музыканты улыбаться. А подмигивать начали после второго вопиющего - ну, и из-за красоты моей, конечно, но это не столь существенно.
Второй вопиющий случился после того, как решила я приобщать детей.
А что их приобщать? Они, бедняги, поневоле приобщёнными взрастали, поскольку школу музыкальную посещали сурово, праведно и безысходно - и, забегая вперёд, признаюсь честно, что ни разу не запросились дети музыкальную ту школу бросить, поскольку с младых ногтей умели квест выполнить и к завершенью привести.
К тому же Рахманинов, Прокофьев, Шнитке, любезный коже и сердцу, и немного Григ - в доме не выключался, поскольку колонок было в каждой комнате по паре, но проигрыватель пластинок всё же один. И ежели угодно мне порхать по кухне под оркестровую мощь - то и вы, будьте любезны, кубики в детской складывать, слушая это самое...
Тяжёлое детство, понимаю - утрите слёзы. Сама сейчас с ужасом вспоминаю и давно покаялась перед детишками.
Но тогда мало мне стало приобщенья звучанием пластинки под иглой - и возжелала я дать детишкам музыку живую, дабы почувствовали разницу, возлюбили пуще прежнего, прониклись и так далее...
... и мы поехали однажды, и вошли в любимейшую дверь.
Дверь дети оценили.
Буфет порадовал.
Балкон привёл в восторг.
В креслах поёрзали и признали годными.
И едва успела я их удержать, когда взошли на сцену музыканты, и в некоторых фрачных опознали детишки мои своих же и прочих, знакомых по музыкалке, преподавателей и решили кричать:
- Здравствуйте, Владимир Алексеевич! И вы, Иван Ильич, здравствуйте!
Далее началась музыка.
Стоит признаться - для детского этого воскресного симфонического утренника музыка была выбрана крайне неудачная. И даже мне стало скучно. Но, памятуя о своём фиаскоХто здесь? А иде я нахожусь? - держалась я прямо и торжественно, подавая пример детям спиной своей прямой и ликом просветлённым. И, должна сказать, детей я тоже кожей чувствую, и давно не надо мне было контролировать их строгим взглядом, поскольку кожа мне сказала - порядок, дети тихи и благостны.
... однако, отметила, что на сцене начинало происходить что-то непонятное.
Первая скрипка дулся. Он просто дулся от сдерживаемого смеха и настолько выразительно старался не смотреть в нашу сторону, что я заподозрила, что он боится моего повторного всхрапа. Тогда открыла я пошире свои глаза, тем самым как бы подчёркивая - нет, я не сплю, играйте смело, маэстро!
Но далее уже начинала дуться и краснеть вся струнная компания. А медные откровенно хохотали, и преподаватель сынишки моего Тима, тромбон, выразительно кланялся, дико хохоча - Боже, он кланялся в нашу сторону.
Тогда ещё пошире раскрыла я свои глаза, как бы доказывая свою стойкость - нет, не усну, не всхрапну! - но, томимая страшным предчувствием, скосила их же в сторону своих детишек тихих и, как я ещё втайне надеялась, просветлённых.
Оставь надежды, всяк сюда входящий, а паче с детишками.
Девицы мои находились где-то под креслами от сдерживаемого смеха.
Тим, мой мальчик, мой детонатор всяческих ужасных забав среди мальчишек и девчонок двора и школы, построитель ловушек, из-за которых соседи, каждое утро пробираясь во двор, опасливо озирались и пробовали осторожно коврик под дверью ногами и глаза вскидывали под потолок, не ждёт ли там их ведро с ледяной водой на голову - Тим, мгновенно становившийся воспитаннейшим из мальчиков, лишь оказывался он среди чужих, так что я, устав однажды от славопений преподавателей и других мам во имя хорошего мальчика Тимоши, спросила в недоумении:
- Тимоша, а почему они все говорят мне о том, какой ты хороший мальчик?
мгновенно получила скромный ответ от Тима:
- Наверное, потому, что я хороший мальчик.
и больше я подобных вопросов не задавала...
Тимоша, развалясь в предполагаемо бархатном кресле, возложил ноги на спинку кресла следующего ряда, вооружившись пистолетом - прицельно и самозабвенно, я бы даже сказала - вдохновенно и просветлённо - расстреливал прицельно, молча, но убедительно - весь оркестр в полном составе за исключением челесты, и дирижёра, чей фрак уже не просто дёргался, но обретал нервный тик, поскольку мысленные расстрелы дирижёры тоже чувствуют спиной.
Я замерла и не реагировала. Потому что наконец-то я увидела, что творится в зале.
В зале суровы мамы и бабушки расстреливали меня, злополучную мать-недотёпу, своими взглядами, а скучающие папы показывали мне и Тиму большие пальцы - так мол их! Стреляй - и все быстрей пойдём по пиву!
Детишки же частью хохотали немо, сползая по креслам, а частью - лихорадочно шарили по карманам в поисках оружия.
Тим, самодовольно оглянувшись, увидел поддержку, передал сёстрам пистолет, взял в руки воображаемый автомат и, подобен командиру, подымающему взвод в атаку, приподнялся над креслом и встал на ноги, автоматом поводя по сцене.
... в гардеробной мы имели аншлаг.
Мамы шарпали своих детей, гневно поглядывая на нас, а дети заворожённо смотрели на Тима.
Тимоша же снова скромно и с достоинством нёс личину хорошего мальчика. Подал пальтишки сёстрам, подержал мою сумочку, пока я одевалась - шаркнул ножкой и, оглянувшись у двери, куда влекла детей своих я драпать от позора - сделал ручкой кому-то.
Мы оглянулись.
Оркестр в расширенном составе, включая дирижёра, стоял в холле и махал руками нам вослед. Первая скрипка показывал большой палец - молодец, мол, во!
- Мой ученик! - гордо сказал первый тромбон.
... а так как ощущения, плохие и хорошие, я ощущала всегда кожей - например, матюк при мне - и я ах! И в полуобмороке, а кожа вся в пупырышках... или салат оливье - и кожа гладкая и шелковистая от предвкушенья... Я, знаете, очень люблю салат оливье. Ем я его в рот, а предвкушаю кожей, надо же...
... то и это ощущение, по которому томилась - тоже всё кожей, кожей. И было это так -
- Зайдём в любимейшую дверь, за ней ряд кресел золочёных, куда с восторгом увлечённых внесём мы тихий груз своих потерь...
Это о классической музыке и филармонии. Но не пугайтесь, нет. Я постараюсь смешно. Потому что, знаете, классическая музыка - это, оказывается, очень смешно. И пупырышки по коже от сдерживаемого хохота. Но это я потом поняла, когда стала большой и взрослой, а пока маленькая была - всё было пафосно. И пафос, как и любимейший салат оливье, начинался, конечно же, на кухне.
Когда ты любишь классическую музыку, а паче симфоническую, и никаких камерных Вивальди, и органных Бахов, а так чтоб Шнитке, и чтобы ежели Прокофьев, то не тема Джульетты, а танец рыцарей, и чтобы весь оркестр в расширенном составе, за исключением разве что челесты, и полная группа ударных, и медные, и - ооооо... Как славно тогда коже моей пафосной бывало... Но!
Но трое детей, и работа, и мама, огород, хозяйство, а одну квартиру убрать четырёхкомнатную, это же сколько работы бесконечной, а тем более, если в тех четырёх комнатах трое детей - ну что вы...
Заход в любимейшую дверь, за которой ряд кресел золочёных, и обивка кресел велюровая, но как бы намекающая на бархат - такое выпадало редко.
Тогда мой муж развёл для меня колонки по всей квартире, а самые лучшие - на кухню. А кухня у меня была большая как стадион. И там порхая и кружась - холодильник-печь-мойка-буфет-столразделочный - слушала я музыку, и звучала она громко, кожу мою любя и балуя, а шум воды, льющейся из крана, и звон бесконечных тарелок, вилок, ложек, чашек, в мойке полощущихся, не мешал музыке, а лишь дополнял мощное тутти любимейших моих финалов.
... и когда я после долгих перерывов всё же прорывалась к ступеням и колоннам, тяжёлой входной двери и креслам, обитым велюром - раскланивалась со знакомыми, получала подмигивание от сцены, от музыкантов, конечно - аплодировала сексапильному дирижёру, взлетающему, как ему и полагалось, на главное своё и ключевое место, замирала на взмахе рук его прекрасных - а замирала, потому что волновалась, я всегда почему-то волновалась за тех, кто на сцене - то с первыми тактами я начинала тревожно оглядываться и ёрзать, сосчитывая музыкантов и инструменты. Чего-то мне остро не хватало. Что-то незвучало, чему должно было звучать - тем самым создавая ощущение фальши.
И не сразу. Далеко не сразу я поняла то, что поняли уже вы, конечно - мне не хватало шума льющейся из крана воды, звона бесконечных тарелок, вилок, ложек, чашек, полощущихся в мойке - и "Мама, я хочу какать!" как кода.
Ко второму отделению ощущение нехватки как фальши проходило, конечно, чтобы снова родиться на следующем концерте. С первыми тактами.
А почему подмигивали мне музыканты? А расскажу. По двум причинам они меня запомнили, и третья здесь совсем ничтожная, и вот она - конечно, я была красива. Не настолько, конечно, красива, как сейчас, когда я стала взрослой. Но тоже ничего.
Но первые две причины - о, мне так стыдно...
Дирижёр любил Брамса.
Он так его любил, что любовь эта стала любимой шуткой завсегдатаев.
- А что давали намедни?
- Ах, даже не спрашивайте.
- Неужели Брамса?
- Да, надо же, такая неожиданность...
и все хохочут. Потому что Брамс, один Брамс, оркестр съел зубы на Брамсе - а я не любила Брамса!
А если у меня окошко вольное, и даст отгул семья, и я лечу войти в любимейшую дверь, понимаешь - а тут Брамс. А что делать, делать что? Входила и слушала. Так и не полюбила, кстати.
А как-то летела я туда после двух смен кряду, и ночью как-то не спалось мне перед сменами - понятно, летела и уже давно спать хотела.
Так на Брамсе и уснула. Когда уже готова была с кресла пасть к ногам завсегдатаев - всхрапнула, очнулась, вскинулась резко, и взглядом перепуганным -
Рвало их от смеха плохо сдерживаемого и даже спина дирижёра нервно дёргалась, поскольку спящих в зале дирижёры ощущают хорошо скроенной спинкой приталенного фрака. Чем лучше фрак - тем пуще ощущают.
А надо вам сказать, что села я тогда по недомыслию в пятый ряд. Ну, вы поняли.
Тогда и стали мне музыканты улыбаться. А подмигивать начали после второго вопиющего - ну, и из-за красоты моей, конечно, но это не столь существенно.
Второй вопиющий случился после того, как решила я приобщать детей.
А что их приобщать? Они, бедняги, поневоле приобщёнными взрастали, поскольку школу музыкальную посещали сурово, праведно и безысходно - и, забегая вперёд, признаюсь честно, что ни разу не запросились дети музыкальную ту школу бросить, поскольку с младых ногтей умели квест выполнить и к завершенью привести.
К тому же Рахманинов, Прокофьев, Шнитке, любезный коже и сердцу, и немного Григ - в доме не выключался, поскольку колонок было в каждой комнате по паре, но проигрыватель пластинок всё же один. И ежели угодно мне порхать по кухне под оркестровую мощь - то и вы, будьте любезны, кубики в детской складывать, слушая это самое...
Тяжёлое детство, понимаю - утрите слёзы. Сама сейчас с ужасом вспоминаю и давно покаялась перед детишками.
Но тогда мало мне стало приобщенья звучанием пластинки под иглой - и возжелала я дать детишкам музыку живую, дабы почувствовали разницу, возлюбили пуще прежнего, прониклись и так далее...
... и мы поехали однажды, и вошли в любимейшую дверь.
Дверь дети оценили.
Буфет порадовал.
Балкон привёл в восторг.
В креслах поёрзали и признали годными.
И едва успела я их удержать, когда взошли на сцену музыканты, и в некоторых фрачных опознали детишки мои своих же и прочих, знакомых по музыкалке, преподавателей и решили кричать:
- Здравствуйте, Владимир Алексеевич! И вы, Иван Ильич, здравствуйте!
Далее началась музыка.
Стоит признаться - для детского этого воскресного симфонического утренника музыка была выбрана крайне неудачная. И даже мне стало скучно. Но, памятуя о своём фиаско
... однако, отметила, что на сцене начинало происходить что-то непонятное.
Первая скрипка дулся. Он просто дулся от сдерживаемого смеха и настолько выразительно старался не смотреть в нашу сторону, что я заподозрила, что он боится моего повторного всхрапа. Тогда открыла я пошире свои глаза, тем самым как бы подчёркивая - нет, я не сплю, играйте смело, маэстро!
Но далее уже начинала дуться и краснеть вся струнная компания. А медные откровенно хохотали, и преподаватель сынишки моего Тима, тромбон, выразительно кланялся, дико хохоча - Боже, он кланялся в нашу сторону.
Тогда ещё пошире раскрыла я свои глаза, как бы доказывая свою стойкость - нет, не усну, не всхрапну! - но, томимая страшным предчувствием, скосила их же в сторону своих детишек тихих и, как я ещё втайне надеялась, просветлённых.
Оставь надежды, всяк сюда входящий, а паче с детишками.
Девицы мои находились где-то под креслами от сдерживаемого смеха.
Тим, мой мальчик, мой детонатор всяческих ужасных забав среди мальчишек и девчонок двора и школы, построитель ловушек, из-за которых соседи, каждое утро пробираясь во двор, опасливо озирались и пробовали осторожно коврик под дверью ногами и глаза вскидывали под потолок, не ждёт ли там их ведро с ледяной водой на голову - Тим, мгновенно становившийся воспитаннейшим из мальчиков, лишь оказывался он среди чужих, так что я, устав однажды от славопений преподавателей и других мам во имя хорошего мальчика Тимоши, спросила в недоумении:
- Тимоша, а почему они все говорят мне о том, какой ты хороший мальчик?
мгновенно получила скромный ответ от Тима:
- Наверное, потому, что я хороший мальчик.
и больше я подобных вопросов не задавала...
Тимоша, развалясь в предполагаемо бархатном кресле, возложил ноги на спинку кресла следующего ряда, вооружившись пистолетом - прицельно и самозабвенно, я бы даже сказала - вдохновенно и просветлённо - расстреливал прицельно, молча, но убедительно - весь оркестр в полном составе за исключением челесты, и дирижёра, чей фрак уже не просто дёргался, но обретал нервный тик, поскольку мысленные расстрелы дирижёры тоже чувствуют спиной.
Я замерла и не реагировала. Потому что наконец-то я увидела, что творится в зале.
В зале суровы мамы и бабушки расстреливали меня, злополучную мать-недотёпу, своими взглядами, а скучающие папы показывали мне и Тиму большие пальцы - так мол их! Стреляй - и все быстрей пойдём по пиву!
Детишки же частью хохотали немо, сползая по креслам, а частью - лихорадочно шарили по карманам в поисках оружия.
Тим, самодовольно оглянувшись, увидел поддержку, передал сёстрам пистолет, взял в руки воображаемый автомат и, подобен командиру, подымающему взвод в атаку, приподнялся над креслом и встал на ноги, автоматом поводя по сцене.
... в гардеробной мы имели аншлаг.
Мамы шарпали своих детей, гневно поглядывая на нас, а дети заворожённо смотрели на Тима.
Тимоша же снова скромно и с достоинством нёс личину хорошего мальчика. Подал пальтишки сёстрам, подержал мою сумочку, пока я одевалась - шаркнул ножкой и, оглянувшись у двери, куда влекла детей своих я драпать от позора - сделал ручкой кому-то.
Мы оглянулись.
Оркестр в расширенном составе, включая дирижёра, стоял в холле и махал руками нам вослед. Первая скрипка показывал большой палец - молодец, мол, во!
- Мой ученик! - гордо сказал первый тромбон.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2011-08-16 08:24 am (UTC)мои тоже, кстати, отличались. в основном в художественных пузеях. новые красивые двери прельщали их больше, чем какие-нибудь голландцы или фламандцы((((((
no subject
Date: 2011-08-16 08:29 am (UTC)Я это силы пробую.
Ну, и выполняю обюещание, данное когда-то детям. Написать цикл постов о том смешном, что со мной всегда случалось на концертах классической музыки.
Повторяю. Классическая музыка - это очень смешно.
При должном подходе.
(no subject)
From:(no subject)
From:no subject
Date: 2011-08-16 08:29 am (UTC)Прекрасное:)
Тимошу уважаю ужасно, молодец, запасся! На этих детских симфонических утренниках такая тоска иногда... А даже никакой завалящей рогатки под рукой:( А тут целый пистолет!:)))
no subject
Date: 2011-08-16 08:30 am (UTC):)))
(сама его зауважала после этого)
no subject
Date: 2011-08-16 08:29 am (UTC)спасибо, что дарите радость - и вам здоровья и радости ))
*уполз хохотать под стол*
no subject
Date: 2011-08-16 08:32 am (UTC):)))
(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:no subject
Date: 2011-08-16 08:53 am (UTC)no subject
Date: 2011-08-16 09:43 am (UTC)ой...
(no subject)
From:no subject
Date: 2011-08-16 09:01 am (UTC)no subject
Date: 2011-08-16 09:44 am (UTC)no subject
Date: 2011-08-16 09:35 am (UTC)Ох, я ухохоталась! Кстати, если бы я такое утворила в филармонии (таки да, водили:)), мне бы дома устроили изрядный расстрел. Моя мама над таким смеяться неспособна. А жаль:).
no subject
Date: 2011-08-16 09:45 am (UTC)(no subject)
From:no subject
Date: 2011-08-16 09:44 am (UTC)no subject
Date: 2011-08-16 09:45 am (UTC)no subject
Date: 2011-08-16 09:46 am (UTC)(с) Аль Капоне
no subject
Date: 2011-08-16 09:47 am (UTC)(no subject)
From:(no subject)
From:сан.Жовтень
From:no subject
Date: 2011-08-16 10:15 am (UTC)no subject
Date: 2011-08-16 12:15 pm (UTC)(no subject)
From:no subject
Date: 2011-08-16 10:28 am (UTC)no subject
Date: 2011-08-16 12:14 pm (UTC)(мне кажется, мы были на ты? или я ошибаюсь? так много забыла. Но быстро вспоминаю, стоит сфокусироваться)
(no subject)
From:no subject
Date: 2011-08-16 11:15 am (UTC)no subject
Date: 2011-08-16 12:13 pm (UTC)Их есть у меня.
(цит)
:)))
Да, дети давно требуют этот цикл. Но тут трудно. Тут надо слова искать, чтобы описать. Эти рассказы шли у меня под хохот в устном виде, с жестами и мизансценами.
(no subject)
From:no subject
Date: 2011-08-16 11:26 am (UTC)ты точно идёшь на поправку :)
no subject
Date: 2011-08-16 12:11 pm (UTC)Друг только что уехал. Слегка в шоке.
Но знаешь - если объяснить себе, что это ненадолго, то можно научиться даже поржать над этим.
А это ненадолго. Я быстро регенерирую, стоит начать.
Я хотела у тебя спросить.
Ты давал репост по моему маленькому посту про дур, когда я была в больнице. Мне было приятно. И люди растянули по блогам.
Но я потом заходила к тебе и к людям, читала и удивлялась. Так много людей просто не поняло. Как-то так приняли за истинные откровения. Мне хотелось сказать - люди, я же писала не о себе. Я писала о нас всех. И не только о женщинах.
Почему они не поняли? Там же всё так прозрачно.
(no subject)
From:(no subject)
From:no subject
Date: 2011-08-16 01:11 pm (UTC)Так держать,Леди.Спасибо Вам.
Можно опубликовать рассказ у себя?
no subject
Date: 2011-08-16 01:24 pm (UTC)Спасибо. Я улыбаюсь.
Конечно, опубликуйте. Мне будет приятно.
ну нарешті
Date: 2011-08-16 01:13 pm (UTC)Re: ну нарешті
Date: 2011-08-16 01:24 pm (UTC):)))
дякую.
Тримайтеся, Пані!!!
From:НЕ СТРЕЛЯЙТЕ В ДИРИЖЁРА! МАХАЕТ КАК УМЕЕТ.
Date: 2011-08-16 01:41 pm (UTC)no subject
Date: 2011-08-16 03:22 pm (UTC)Вот Вам в благодарность :) Это конечно, не Брамс. Но в определенном смысле по теме.
http://www.youtube.com/watch?v=t4mN5yCTITk
no subject
Date: 2011-08-16 03:35 pm (UTC)И за похвалу.
А хорошо мы сегодня познакомились.
:)
(no subject)
From:Очень история радует. А равно и ее изложение
Date: 2011-08-16 03:28 pm (UTC)историйка настолько великолепна
Date: 2011-08-16 03:53 pm (UTC)no subject
Date: 2011-08-16 04:06 pm (UTC)Спасибо большое за рассказ :)
no subject
Date: 2011-08-16 04:34 pm (UTC)Филармония, как оказывается - это смешнее цирка!
no subject
Date: 2011-08-16 04:34 pm (UTC)no subject
Date: 2011-08-17 01:47 pm (UTC):)))
no subject
Date: 2011-08-16 04:44 pm (UTC)no subject
Date: 2011-08-17 01:49 pm (UTC)Смайлики славные у вас, отметить бы хотелось.
(no subject)
From:(no subject)
From:дети -это страшно.
Date: 2011-08-16 05:11 pm (UTC)no subject
Date: 2011-08-16 08:16 pm (UTC)no subject
Date: 2011-08-17 01:58 pm (UTC)А я на муже проверила - он только улыбался.
Правда, он к своим детям давно привык. :)))
(no subject)
From:(no subject)
From:no subject
Date: 2011-08-16 10:22 pm (UTC)Они не лгут. Им незачем.
Живите хорошо. Хорошо?
И берегите себя.
no subject
Date: 2011-08-17 01:56 pm (UTC)Знаете, я когда-то провела эксперимент на тему - Дети не лгут.
Однажды на моём попечении были дети больничной палаты детской травматологии. Половина лежачих. Ампутации, сложные переломы...
Я за ними ухаживала и старалась развлекать. Я завалила палату игрушками, раскрасками - они даже у меня вязали крючками всяких игрушек. А надуть воздушных шариков, чтобы они уже не помещались в палате и вырывались в коридор и в окна - это было делом, обязательным для нас. Но я не об этом...
Я им читала. И было много стихов. Сборники детских - и тех, что я брала для себя. Маяковский, Цветаева, Лорка.
Так дети в конце предпочитали слушать стихи "взрослых" поэтов всем козлам Мефодиям, котам Василиям и прочим Маршакам.
Дети отличают настоящее.
no subject
Date: 2011-08-17 04:44 am (UTC)Выздоравливайте, пожалуйста. Выздоравливайте уверенно и непринужденно. Вы всем нам очень-очень нужны, Ваша энергия, Ваш удивительный свет ).
no subject
Date: 2011-08-17 01:57 pm (UTC)Я уже выздоравливаю. Тут главное - начать.
:)