НАС МАЛО ИЗБРАННЫХ, БЕЗУМЦЕВ ПРАЗДНЫХ...
Feb. 17th, 2012 12:23 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
diana_ledi... Сказали мне, что заходил
За мною кто-то. Отчего - не знаю,
Всю ночь я думал: кто бы это был?
И что ему во мне? Назавтра тот же
Зашел и не застал опять меня...
(А.С.Пушкин)
Когда заканчивался третий день нашего фестиваля номер два - ко мне подошёл мой сын...
... ну, не то чтобы все три дня нашего фестиваля он ко мне не подходил - а тут вдруг взял и подошёл.
Тут другое.
Все три дня фестиваля мы метались и летали. Мы мчались и пересекались, касаясь локтями, сталкиваясь лбами, лязгая зубами - а тут вдруг наступила передышка. То ли о нас забыли, то ли на мгновение потеряли.
Словно вот-вот всё закончится, и мы просто сели перекурить.
И сын сказал, вдруг спохватившись:
- Слушай, всё забываю тебе сказать! Охрана говорила, что в первый день фестиваля ко входу приходил какой-то человек...
... ко входу во Дворец культуры, куда я по традиции подъезжала уже на третий день. А до того два дня я была только на местах поселения, понимаете? И также повсеместно - там-сям, пролётом и пробегом, зашмыгивая во Дворец, не замечая самоё Дворца, пробираясь в кабинет директора:
- Коньяк? Конечно! - храбро за стол садилась. - ну, всё нормально? да-да, завтра мы оплатим оставшиеся две трети аренды. И за транспорт, да. ... ну видите, мы же вам говорили, что у нас народ дисциплинированный. А какая у нас охрана - да вы сами убедились!
Охрана наша два раза отказалась пропустить самого директора Дворца культуры, чем вызвала, конечно, колоссальное уважение к себе у собственно директора.
- Какой человек? - спросила безучастная я, думающая сейчас о чём угодно...
... где взять денег, как убрать мусор, когда сдавать территорию, кому чистить Дворец, а кому место поселения, хватит ли автобусов - но только не о первом дне фестиваля, который был вечность тому назад.
Мы сидели на открытой террасе одного из шести корпусов пионерского лагеря, что на Острове, в лесу. В этом лагере бурно жили мы все от вечеров, когда автобусами привозили участников из Дворца культуры в городе - до утренней загрузки, когда выстраивались у ворот автобусы в готовности везти участников в дневную бурю фестиваля.
Этот пионерский лагерь и пансионат рядом с ним я увидела впервые пять дней назад, когда пришлось срочно менять дислокацию, подыскивая места поселения взамен обещанных ранее.
За пять дней я изучила каждый камушек на тропинках этого лагеря...
... Кто-то вышел на террасу и набросил мне на плечи куртку. Всё время находился кто-то, кто набрасывал мне на плечи свою куртку, когда выскакивала я на террасу покурить. Потом я оставляла эти куртки на лавках, входя в холл корпуса.
Кто-то вынес икейские пластиковые фонари и расставил их по баллюстраде этой открытой террасы, включив тусклый, гнилушечный свет.
- Да странный какой-то человек. Мне охрана тогда ещё сказала, а я забыл тебе передать. - ответил мне сын. - Просил впустить, хотел увидеть тебя или меня. Ну, или просил позвать нас. Чётко просил - Диану или Тимофея.
- Чем же был странный? - спросила я, немилосердно зевая, одновременно пытаясь затянуться сигаретой.
- Стрёмный. Охрана так сказала. Потерянный какой-то. - сказал мне сын.
- Почему не позвали? - удивилась я.
- Не помню. То ли нас не было в поле зрения, то ли просто беспокоить не стали, сами разрулили. Но чтоб впустить, так не впустили.
- Не прошёл фейс-контроль, выходит? - усмехнулась я.
- Выходит, не прошёл. - усмехнулся сын. - Две белых розы передал. Тебе и мне по розе.
Я удивилась. Я видела те розы. Они, по-моему, так и стояли на входе, в бутылке. Все три дня фестиваля.
- Словесный портрет был? - попыталась стряхнуть подползающую дремоту я.
- Был. Да я не опознал. Ничего особенного. Человек как человек. Чёрное пальто, шапочка, бегающие глаза, сам щуплый.
- Хм... - задумалась я, но тут к нам кто-то подскочил, принеся весть о проблеме, и сын снялся из шаткого древнего стула, помчался разруливать...
А я, глядя на лес в свете гнилушечных фонариков из Икеи, вдруг вспомнила, что на самом деле не пять дней назад увидела я этот лагерь. Гораздо раньше - пять лет назад, когда мы жили ещё в этом городе.
Мой муж и дочери тогда уже прочно и радостно обосновались в Киеве, а сын и я не торопились. У нас ещё были здесь неоконченные дела.
Кто-то приехал в гости - и я решила показать остров, ну и попрощаться, поскольку переезд в Киев был неизбежен и неотвратим.
Мы поехали на Остров и заблудились.
Этот Остров умеет закручивать свои тропинки.
Мы тогда топали по скалам побережья, и вышли вдруг в самый центр этого пионерского лагеря - вспомнила я.
Лагерь был пуст, только сторож, сопровождаемый решительными собаками, обходил территорию и удивлённо наткнулся на нас. Сторож позволил нам набрать воды из крана и провёл к воротам, показав направление к дороге. Там мы и поймали машину. Машина была необходима - кто-то опаздывал на поезд. Уже не помню кто.
Ракурс меня подвёл, ракурс.
Тогда я увидела лагерь, поднявшись к нему со стороны берега, от речки - а сейчас ракурс был от дороги. Потому сразу и не вспомнила.
Однако, этот лагерь был настолько уникальным, что не запомнить его казалось невозможным. Угрюмый сталинский ампир пятьдесят третьего года постройки, каждый корпус как Мавзолей и аллеи между ними как плац для муштры Роты Почётного караула или как минимум - двенадцати отрядов юных ленинцев, настоящих пионеров, верных заветам товарища Сталина, лучшего друга всех пионеров и физкультурников, а также ролевиков и реконструкторов.
(Я потрясла головой, представив охреневших пионервожатых сталинских времён, увидевших вдруг наших ролевиков и реконструкторов...
без пионерских галстуков, естественно - но в доспехах и ролевых прикидах.)
Как можно было сразу не вспомнить эти аллеи и корпуса? - продолжала удивляться я, направляясь внутрь корпуса - но тут же нашла оправдание склерозу крайней нервической обстановкой, в которой я пребывала, занимаясь лихорадочной сменой дислокации фестиваля.
Потом я снова вспомнила об этом человеке. Всё думала - кто мог так рваться на фестиваль только ради того, чтобы увидеть Диану или Тимофея?
с розами.
двумя.
белыми.
БРЕД.
Но розы стояли на столе у входа во Дворец культуры, я это помню хорошо.
... два года прошло после того фестиваля.
Был уже третий фестиваль. И было столько новых волнений, столько моментов внезапной смены дислокаций...
А из количества людей, с которыми я познакомилась с тех пор, получилось бы не одна и не две роты Почётного караула - ну, или хорошая такая очередь к Мавзолею.
Но иногда - и почему-то всё чаще, чаще - мне не даёт покоя мой черный человек. За мною всюду как тень он гонится.
Вот и теперь мне кажется, он с нами сам-третей сидит...
Кто это был?
Что он хотел?
Две белых розы?
Бред...
За мною кто-то. Отчего - не знаю,
Всю ночь я думал: кто бы это был?
И что ему во мне? Назавтра тот же
Зашел и не застал опять меня...
(А.С.Пушкин)
Когда заканчивался третий день нашего фестиваля номер два - ко мне подошёл мой сын...
... ну, не то чтобы все три дня нашего фестиваля он ко мне не подходил - а тут вдруг взял и подошёл.
Тут другое.
Все три дня фестиваля мы метались и летали. Мы мчались и пересекались, касаясь локтями, сталкиваясь лбами, лязгая зубами - а тут вдруг наступила передышка. То ли о нас забыли, то ли на мгновение потеряли.
Словно вот-вот всё закончится, и мы просто сели перекурить.
И сын сказал, вдруг спохватившись:
- Слушай, всё забываю тебе сказать! Охрана говорила, что в первый день фестиваля ко входу приходил какой-то человек...
... ко входу во Дворец культуры, куда я по традиции подъезжала уже на третий день. А до того два дня я была только на местах поселения, понимаете? И также повсеместно - там-сям, пролётом и пробегом, зашмыгивая во Дворец, не замечая самоё Дворца, пробираясь в кабинет директора:
- Коньяк? Конечно! - храбро за стол садилась. - ну, всё нормально? да-да, завтра мы оплатим оставшиеся две трети аренды. И за транспорт, да. ... ну видите, мы же вам говорили, что у нас народ дисциплинированный. А какая у нас охрана - да вы сами убедились!
Охрана наша два раза отказалась пропустить самого директора Дворца культуры, чем вызвала, конечно, колоссальное уважение к себе у собственно директора.
- Какой человек? - спросила безучастная я, думающая сейчас о чём угодно...
... где взять денег, как убрать мусор, когда сдавать территорию, кому чистить Дворец, а кому место поселения, хватит ли автобусов - но только не о первом дне фестиваля, который был вечность тому назад.
Мы сидели на открытой террасе одного из шести корпусов пионерского лагеря, что на Острове, в лесу. В этом лагере бурно жили мы все от вечеров, когда автобусами привозили участников из Дворца культуры в городе - до утренней загрузки, когда выстраивались у ворот автобусы в готовности везти участников в дневную бурю фестиваля.
Этот пионерский лагерь и пансионат рядом с ним я увидела впервые пять дней назад, когда пришлось срочно менять дислокацию, подыскивая места поселения взамен обещанных ранее.
За пять дней я изучила каждый камушек на тропинках этого лагеря...
... Кто-то вышел на террасу и набросил мне на плечи куртку. Всё время находился кто-то, кто набрасывал мне на плечи свою куртку, когда выскакивала я на террасу покурить. Потом я оставляла эти куртки на лавках, входя в холл корпуса.
Кто-то вынес икейские пластиковые фонари и расставил их по баллюстраде этой открытой террасы, включив тусклый, гнилушечный свет.
- Да странный какой-то человек. Мне охрана тогда ещё сказала, а я забыл тебе передать. - ответил мне сын. - Просил впустить, хотел увидеть тебя или меня. Ну, или просил позвать нас. Чётко просил - Диану или Тимофея.
- Чем же был странный? - спросила я, немилосердно зевая, одновременно пытаясь затянуться сигаретой.
- Стрёмный. Охрана так сказала. Потерянный какой-то. - сказал мне сын.
- Почему не позвали? - удивилась я.
- Не помню. То ли нас не было в поле зрения, то ли просто беспокоить не стали, сами разрулили. Но чтоб впустить, так не впустили.
- Не прошёл фейс-контроль, выходит? - усмехнулась я.
- Выходит, не прошёл. - усмехнулся сын. - Две белых розы передал. Тебе и мне по розе.
Я удивилась. Я видела те розы. Они, по-моему, так и стояли на входе, в бутылке. Все три дня фестиваля.
- Словесный портрет был? - попыталась стряхнуть подползающую дремоту я.
- Был. Да я не опознал. Ничего особенного. Человек как человек. Чёрное пальто, шапочка, бегающие глаза, сам щуплый.
- Хм... - задумалась я, но тут к нам кто-то подскочил, принеся весть о проблеме, и сын снялся из шаткого древнего стула, помчался разруливать...
А я, глядя на лес в свете гнилушечных фонариков из Икеи, вдруг вспомнила, что на самом деле не пять дней назад увидела я этот лагерь. Гораздо раньше - пять лет назад, когда мы жили ещё в этом городе.
Мой муж и дочери тогда уже прочно и радостно обосновались в Киеве, а сын и я не торопились. У нас ещё были здесь неоконченные дела.
Кто-то приехал в гости - и я решила показать остров, ну и попрощаться, поскольку переезд в Киев был неизбежен и неотвратим.
Мы поехали на Остров и заблудились.
Этот Остров умеет закручивать свои тропинки.
Мы тогда топали по скалам побережья, и вышли вдруг в самый центр этого пионерского лагеря - вспомнила я.
Лагерь был пуст, только сторож, сопровождаемый решительными собаками, обходил территорию и удивлённо наткнулся на нас. Сторож позволил нам набрать воды из крана и провёл к воротам, показав направление к дороге. Там мы и поймали машину. Машина была необходима - кто-то опаздывал на поезд. Уже не помню кто.
Ракурс меня подвёл, ракурс.
Тогда я увидела лагерь, поднявшись к нему со стороны берега, от речки - а сейчас ракурс был от дороги. Потому сразу и не вспомнила.
Однако, этот лагерь был настолько уникальным, что не запомнить его казалось невозможным. Угрюмый сталинский ампир пятьдесят третьего года постройки, каждый корпус как Мавзолей и аллеи между ними как плац для муштры Роты Почётного караула или как минимум - двенадцати отрядов юных ленинцев, настоящих пионеров, верных заветам товарища Сталина, лучшего друга всех пионеров и физкультурников, а также ролевиков и реконструкторов.
(Я потрясла головой, представив охреневших пионервожатых сталинских времён, увидевших вдруг наших ролевиков и реконструкторов...
без пионерских галстуков, естественно - но в доспехах и ролевых прикидах.)
Как можно было сразу не вспомнить эти аллеи и корпуса? - продолжала удивляться я, направляясь внутрь корпуса - но тут же нашла оправдание склерозу крайней нервической обстановкой, в которой я пребывала, занимаясь лихорадочной сменой дислокации фестиваля.
Потом я снова вспомнила об этом человеке. Всё думала - кто мог так рваться на фестиваль только ради того, чтобы увидеть Диану или Тимофея?
с розами.
двумя.
белыми.
БРЕД.
Но розы стояли на столе у входа во Дворец культуры, я это помню хорошо.
... два года прошло после того фестиваля.
Был уже третий фестиваль. И было столько новых волнений, столько моментов внезапной смены дислокаций...
А из количества людей, с которыми я познакомилась с тех пор, получилось бы не одна и не две роты Почётного караула - ну, или хорошая такая очередь к Мавзолею.
Но иногда - и почему-то всё чаще, чаще - мне не даёт покоя мой черный человек. За мною всюду как тень он гонится.
Вот и теперь мне кажется, он с нами сам-третей сидит...
Кто это был?
Что он хотел?
Две белых розы?
Бред...
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2012-02-16 11:03 pm (UTC)прочитала и вспомнилось вот, как самой побывать довелось...
написала: http://puhnasta-o.livejournal.com/588153.html
no subject
Date: 2012-02-16 11:16 pm (UTC)Очень индивидуальный у него подход к гостям. Что угодно может показать.
или не показать.
Меня вокруг Капища так водил кругами - потом снизошёл.
no subject
Date: 2012-02-17 12:21 am (UTC)И возле нашего города такой Остров есть, с с реликтовыми Дубравами, с темными оврагами, чащобами в которых заблудиться - на раз.
no subject
Date: 2012-02-17 12:29 am (UTC)ognevit.livejournal.com/461100.html
ognevit.livejournal.com/438897.html
ognevit.livejournal.com/426951.html
ognevit.livejournal.com/354410.html
no subject
Date: 2012-02-17 06:43 am (UTC)Она уникальна во всех смыслах.
no subject
Date: 2012-02-17 09:33 am (UTC)Место уникальное и сильнейшее по своей сути. До сих пор впечатления оттуда сильны.
no subject
Date: 2012-02-17 09:23 am (UTC)